Ваши данные или Ваша жизнь?

Новые часы фирмы Apple следят за вашим здоровьем. Гаджет фирмы Google собирает информацию для определения точного времени, когда вам надо выехать в аэропорт. Фирма Amazon сообщает, какие вам нужны книги, какие продукты вам надо купить в магазине, какие кинофильмы вам понравятся — и одновременно продает вам планшет, который позволит вам заказывать все больше и больше. Когда вы подходите к дому, зажигается свет, и ваш дом устанавливает заказанную вами температуру внутри.

Такое объединение и синтез цифрового управления и оборудования задуманы для того, чтобы сделать легче вашу жизнь, и нет сомнения, что жизнь действительно становится легче. Но не перестали ли мы задавать принципиальные вопросы себе и тем фирмам, которым мы доверили все это делать? Достаточно ли мы изучили потенциальную стоимость этого комфорта и облегчения жизни и спросили ли мы себя ‑ а стоит ли игра свеч?

Каждый раз, когда мы добавляем в свою жизнь новое приспособление, мы отдаем частичку себя. Мы часто делаем это без понятия, кому эта частичка достается, и еще меньше знаем, разделяем ли мы их этику и ценности. Мы можем иметь очень поверхностную информацию о компаниях, которые стоят за всеми этими удобствами и получают нашу информацию; но, помимо маркетинговой информации, сотрудники этих компаний являются для нас безликими и безымянными. Мы мало чего знаем о них, но они наверняка знают многое о нас.

Мысль о том, что компании могут знать, где мы находимся, что смотрим по телевизору, какие имеем медицинские показания, казалась кощунственной предыдущему поколению. Персональная информация распространялась тогда по разным направлениям. Некоторую информацию имел банк, кое-что знал доктор, кое-что – налоговые органы, но все они не общались друг с другом. Сегодня фирмы Apple и Google знают все это и хранят всю информацию под рукой в одном месте. Это очень удобно для пользования, но не так уж хорошо, если они решат использовать эту информацию таким образом, с которым мы предварительно не согласились.

И мы имеем вескую причину подвергнуть сомнению право компаний использовать эту информацию. Доказательством этого является отрицательная реакция на использование даваемой людям информации фирмой Facebook для определения влияния зрительной информации на изменение настроения слушателей. Я не припомню, чтобы это одобрили в опросе. Недавно хакеры незаконно присвоили фотографии, отправленные по системе Snapchat, которая используется, в основном, молодыми людьми и предусматривает автоматическое удаление всех файлов после просмотра.

Аналогичным образом информация о представлении медицинских услуг всегда считалась частной, что позволяло пациентам быть честными и откровенными с врачами. Поскольку граница между медицинскими услугами и бизнес-технологиями становится нечеткой, некоторые из производителей переносных электронных устройств и программ для них лоббируют необходимость исключения этих изделий из списка медицинского оборудования, чтобы таким образом снять требование необходимости проверок на надежность и защиту получаемой информации.

Секретность личной информации – это только часть большой дискуссии относительно владения информацией и монополии на нее, безопасности и конкуренции. Это и дискуссия о вопросах надзора и судьбы. Это и дискуссия о праве предварительного выбора людей о том, как их информация может использоваться и как они сами могут использовать собственную информацию.

Более продвинутые фирмы разрабатывают формальные соглашения, имеют служащих по вопросам этики, комитеты по рискам и другие структуры, которые ведут надзор над сбором и использованием информации, что не всегда проводится успешно (более того, им часто приходится работать методом проб и ошибок.) Небольшие новые компании не имеют ни соглашений, ни аналогичных специалистов – например, независимых членов совета директоров для выполнения этих задач. Если происходят серьезные этические ошибки, многие потребители просто прекращают использование этой услуги, независимо от того, насколько перспективно данное направление бизнеса.

Нам нравятся новые устройства, и мы ими охотно пользуемся, передавая свои данные для доступа в Facebook или Twitter без особых размышлений о переносе нашей личной информации от больших компаний с элементами надзора к малым компаниям, не имеющим жестких структур или лимитов. Потребители верят или ожидают, что кто-то контролирует передачу этой информации, но кто это может быть конкретно?

Законодательство по защите персональных данных в Европе недостаточно полное, а в остальных частях света отсутствует даже элементарное законодательство по этой проблеме. После изучения этого вопроса с законодательными органами в нескольких странах за последние два месяца стало совершенно ясно, что многие не имеют полного понимания о бесчисленном множестве аспектов этой проблемы. Очень трудно поднимать эти вопросы, и к тому же этому мешает лоббирование и неполная информация.

В ближайшем будущем новые компании должны считать вопросы этики не уловкой маркетинга, а серьезной задачей. Все организации должны инвестировать в создание служб по этике или провести анализ с привлечением специалистов, которые могут оценить все сложности этой великолепной идеи. Законодатели должны улучшить свои знания и знания общественности в этой области, а также усилить надзор за выполнением. К примеру, так же как многие страны внедрили привязные ремни в автомобилях в предыдущем поколении, кампания по обеспечению защиты персональных данных должна быть осуществлена одновременно с введением объясняющего законодательства и должна способствовать организации двухэтапной проверки.

В долгосрочной перспективе, поскольку мы идем в правильном направлении всеобщего доступа к Интернету, нам надо спросить: какую часть себя (своей личной информации) мы готовы отдать? Что произойдет, если представление личной информации станет обязательным – например, передача доступа к своей учетной записи в Facebook как требование при приеме на работу, или медицинские услуги не будут предоставляться до тех пор, пока пациент не представит полные медицинские данные по Fitbit?

Если это то будущее, к которому мы стремимся, мы должны идти туда с полным пониманием и целеустремленностью, а не бесцельно брести до тех пор, пока мы не свалимся в яму, выглянем оттуда и удивимся, как мы туда попали.